Гвардейскую мотострелковую бригаду с Сахалина группировки войск "Восток" в конце первого года СВО перебросили на южнодонецкое направление. Наступательные действия требовали ведения разведки и корректировки миномётного огня, причём беспилотной авиации у пехоты тогда не было. Эту задачу командир батальона поставил воину с позывным "Медоед", ранее отличившемуся в боях под Изюмом. Дальневосточник стал уходить на передний край, где часами мог сидеть на высоте, чтобы обеспечить командование сведениями о противнике и быть "глазами" для больших калибров. С бойцом поговорил корреспондент "Суворовского натиска" Александр Ивельский.
Ударная разведка
Путь Медоеда на точку наблюдения под Новомихайловкой проходил через позиции донецкого подразделения. Там его угощали чаем, а затем он добирался до мест, откуда был хороший обзор вражеского опорника. На третий день дозора он увидел, как подъезжает пикап и из него выпрыгивают солдаты.
- Человек шесть выпрыгнули. Я сразу вызываю "Грозу" (позывной миномётного расчёта. - Авт.), называю координаты. Они говорят: "Посылка отправлена". Слышу прилёт. "Правее 200", - говорю. Второй выстрел лёг хорошо, у них начался пожар, - рассказывает Медоед.
После этого дальневосточник не раз менял точки наблюдения, но продолжал ежедневно искать удобные позиции и порой забирался на деревья, чтобы больше видеть. Один раз ему поручили найти вражеский "сапог" - станковый противотанковый гранатомёт, который бил по нашим позициям. Медоед обошёл минное поле, залёг в подсолнухах и полтора часа ждал, когда противник выдаст себя. Увидев, как вражеские гранатомётчики вылезают из укрытия и устанавливают орудие, он передал координаты. Огневую точку ВСУ тогда накрыли, а для усиления эффекта этот квадрат стал контролировать снайпер. Больше СПГ-9 оттуда не работал.
Однажды Медоед сидел на дереве почти сутки, отслеживая перемещения противника. Когда он увидел, что к позициям врага подъезжает грузовичок с живой силой, он немедленно доложил об этом в штаб.
- Я сказал по рации: "Ротация, бейте!". Полетели мины, потом ещё "Василёк" (автоматический миномёт. - Авт.) подключился, - вспоминает Медоед. - Одна мина попала в кабину, и машина разлетелась. Вэсэушники орут, зовут медиков. Говорю по связи: "Добивайте, пока не расползлись!". Миномётчики в итоге их и добили, грамотно подобрав нужный тип боеприпаса. Тогда я уже спустился на землю, потому как в ближайшее время в тот район уже точно бы никто не приехал.
Вернуть на Родину
Бои в окрестностях Новомихайловки были трудными, опорные пункты обороны могли по несколько раз переходить из рук в руки. Этот участок был ключевым для обороны Угледара, поэтому киевский режим не жалел сил на его удержание.
На одном из таких опорников остался крупнокалиберный пулемёт "Корд", грозное оружие, которое не должно было достаться врагу. Задача была не из простых, так как на тех позициях уже находились вэсэушники. Медоед согласился на этот выход сразу, а вот напарника ему ещё нужно было найти. Добровольцем в рейд вызвался воин с позывным "Хабаровск".
Днём по контролируемым ВСУ позициям отработал танк, а окончательно "закошмарила" защитников киевского режима зенитная установка. Под столь мощным прикрытием двойка пехотинцев преодолела "открытку" и заскочила в траншею.
- Говорю Хабаровску: "Бежишь только за мной. Ни шагу влево-вправо - там мины. Подорвёшься - нас просто положат". Вскоре отыскали наш "Корд". Перевернули - там звезда стёрта, а намалёвана нацистская свастика. Но оружие было исправно. Я его как флаг понёс, сошками вверх. Это заметил противник и начал по нам стрелять, вокруг фонтанчики из земли взлетали, - вспоминает Медоед.
Вэсэушники не могли позволить отважным дальневосточникам уйти с пулемётом и начали преследование. Но Медоед с Хабаровском выбрались из траншеи наверх. В этот момент им чуть не отрезали огнём обратный путь. Однако напряжённую ситуацию разрешил российский "Василёк", частые разрывы мин которого загнали солдат ВСУ под землю, и вести прицельный огонь по отходящим воинам они уже не могли. Так двойка благополучно добралась до своих, а "Корд" вновь был установлен на позициях сахалинцев.
История позывного
Очередной выход на разведку окончился обнаружением Медоеда. Осколок от разорвавшейся рядом мины попал ему под броню. Он спустился с дерева и понял, что ранение серьёзное. Затянув бронежилет, воин сумел добраться до позиций донецкого подразделения. Стоявшие там в закрепе мужики своими глазами видели, как работает Медоед. Именно в тот раз, когда дальневосточник вернулся раненым, появился этот позывной. "Ополченцы меня Медоедом и назвали. Я же был Барсом раньше", - объясняет гвардии старший сержант. Стоит добавить, что позже врачи похвалили Медоеда за затянутую броню, потому что при таком характере ранения именно это действие позволило ему остаться в живых.
На этом военные приключения Медоеда не закончились. Завершив лечение и пройдя реабилитацию, он вернулся в свою гвардейскую бригаду, чтобы штурмовать позиции врага, вести разведку и выполнять другую работу на поле боя. Мастерство и опыт позволяют гвардейцу успешно решать сложнейшие задачи и вызываться добровольцем на самые опасные выходы. Вопрос "Идти или не идти?" Медоед себе не задавал. Вместо этого он искал способы достижения поставленных целей и всегда их находил, внося весомый вклад в успехи своего подразделения.
