Рисунки под ногами

Рисунки под ногами

Вся наша жизнь – это рисунки под нашими же ногами.

В детстве жизнь написана мелом на асфальте – как правило, белым, лишь у некоторых – цветным. Белое солнце нашей асфальтовой равнины в детстве не выглядело странным, оно восходило из-за таких же белых облаков, под которыми росли такие же белые деревья, вокруг которых бегали такого же цвета люди. А кому-то папа привозил из большого города дополнительные краски жизни – разноцветные мелки – и тогда полотно асфальта оживало. Солнце, как тому и положено, желтело. Небо становилось голубым. Облака получали дополнительные объемы. Люди приобретали расы и национальности.

Когда этот солнечный мир надоедал или смывался дождем, в дело шли классики. Помните же? На одной ноге, на второй, а то и на двух сразу – первые осознанные прыжки по квадратикам жизни.

В юности жизнь у каждого особенная – у одних стелется лыжнёю по ярко-сверкающим зимним сопкам, у других чертится лезвием на залитом родителями вручную ледовом катке. Есть и те, для кого рисунки юности сохранились в памяти ровными рядами усеянных картофелем полей, на которые нас заманивали родители, или узеньких тропок, которые в жаркий день вели через лес к речке. Юность запомнилась мне рисунками линолеума в кабинетах школы. Когда очередной урок не был выучен, а учительница была настроена сделать отметку об этом в наших дневниках, мы опускали головы и понуро глядели в пол под партой. Рисунок на неровно закрывающих пол листах линолеума был похож на спираль. Он был такой до невозможности вихрастый, такой закрученный и кривой, как будто специально его именно в этот кабинет поместили умные люди, чтобы вот именно в таких ситуациях напоминать нам, школьникам, о наших немногочисленных и прямых извилинах. До сих пор этот рисунок вызывает в моей памяти чувство вины.

По мере нашего взросления рисунки под ногами воспринимаются всё меньше. Мы просто перестаем обращать на них внимание. Так мы идём по улицам, не обращая внимания на следы друг друга. Мы воспринимаем как должное пешеходные переходы и прочие дорожные разметки, даже не задумываясь о том, что кто-то совершенно нам чужой не спросив нашего разрешения, расчертил дороги нашей жизни на свой вкус. Вот тут мы можем пройти, а вот тут постоять. Здесь пересекать ни в коем случае нельзя, потому что за этими двумя сплошными чертами проходит дорога жизни кого-то другого. Сюда идти нельзя, а вот туда – пожалуйста! Здесь жизнь может течь только с определенной скоростью. Хочешь быстрее? Тогда меняй дорогу.

Постепенно о рисунках мы забываем вовсе. Жизнь вертит нами так, что мы вынуждены смотреть вперед, не обращая внимания на то, что под ногами. Только когда падаем, на секунду просыпаемся, видим мир снизу, и он нам настолько в этот момент не нравится, что мы тут же подскакиваем, отряхиваемся и идем дальше. Нам просто не хочется видеть рисунки детства и юности, когда их не видят другие. А подсознание всё помнит. И именно оно пробуждает в нас искренних детей в самые счастливые моменты жизни. Тогда мы берем в руки мелки, и ночью, чтобы никто не заметил этой маленькой шалости взрослого человека, пишем на асфальте под окнами родильного дома: «Любимая, спасибо тебе за дочу!», а рядом… солнышко, голубое небо, белые, такие объёмные, облака, домик, из трубы которого спиралькой идёт дымок, и люди, держащиеся за руки – мама и папа, а посередине маленькая дочка.   

Автор: Яков Максимов, 8 июля 2014, в 11:57 +2
Комментарии
Уважаемый гость, чтобы оставлять комментарии, пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите
Сахалинские байки. ВОлохи летят, вОлохи!
Сахалинские байки. ВОлохи летят, вОлохи!
История скребущейся кошки
История скребущейся кошки