Только при всеобщем неравнодушии мы сможем помочь детям

Только при всеобщем неравнодушии мы сможем помочь детям

О том, как защитить детей от насилия, и как борются с безответственными родителями, рассказала ответственный секретарь комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав при правительстве Сахалинской области Елена Плохова. 

- Очень часто на лестничных площадках можно услышать скандалы, крики детей, и, очень часто соседи остаются равнодушными. Как побудить их обращаться, и куда? И только ли население должно следить за благополучием своих соседей, и насколько вообще это этично – наблюдать за соседями?

- Это очень важный вопрос, потому что решить его только теми службами, которые призваны стоять на охране и защите прав детей невозможно. Только при неравнодушии всех мы можем помочь детям, оказавшимся в опасности и вовремя предотвратить трагедию. В данном случае речь идёт, конечно же, об обращении в правоохранительные органы. Если соседи или кто-то мимо проходящий видят или слышат, что есть явные издевательства над детьми, дети плачут, истошно, может быть на протяжении какого-то времени, то тогда одним из важных субъектов профилактики являются органы опеки и попечительства. Они наделены большими государственными полномочиями, по вмешательству в такую опасную для жизни и здоровья детей ситуацию и наделены правом изымать детей, чтобы обеспечить их жизнь и сохранить им здоровье. Телефоны органов опеки и попечительства во всех муниципальных образованиях у нас тиражируются в СМИ. Понятно, что все эти телефоны указаны на сайтах администраций. Последнее время мы, именно комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав организовали информирование населения во всех часто посещаемых местах – на почте, в магазинах. Предприниматели соглашаются на то, чтобы размешать такие информационные листки, где указано, куда в случае опасности и жестокого обращения с детьми население может позвонить. То есть это органы внутренних дел, конечно, это органы опеки и попечительства, и собственно , комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав. Кроме этого в Сахалинской области действуют линии федерального телефона доверия 8 800 2000 122, по которому жители тоже могут сообщать о таких фактах, которые их тревожат.

- То есть нет в области такого института, который, грубо говоря, как диспетчерская служба, которая потом направляет обращения подшефным организациям?

- В области нет. Об этом речь идёт, о том, чтобы соединить вопросы, связанные с МЧС, с защитой жизни детей, вопросы обращения в скорую помощь. Такая единая служба планируется, и мероприятия определённые проводятся. По Южно-Сахалинску это номер 112, но он именно по Южно-Сахалинску, а вот, допустим, Александровск-Сахалинский, где часты трагедии с детьми, Ноглики, Оха, в далеко находящихся от Южно-Сахалинска пунктах есть свои номера и население о них может так же узнать на сайтах своих администраций. Поэтому нужно, конечно, обращать внимание на информирование населения. И мне хотелось бы привлечь ваше внимание к тому, что очень большое значение имеют даже не газеты, не сайты – не каждый человек в минуту опасности или аффекта туда обратится. Но вот если человек едет или идёт по улицам своего города и видит большую вывеску, большой билборд, баннер о том, куда позвонить в минуту опасности в этом городе, вот это, наверно, сработало бы гораздо лучше. Поэтому мне хочется, чтобы главы муниципальных образований обратили внимание именно на это, может быть по согласованию с предпринимателями, договорились бы как-то, чтобы хотя бы периодически информировать жителей своего города о том, по каким телефонам можно звонить в службу спасения, в службу МЧС,  и в случае, когда опасность угрожает детям, даже если это не ваши дети, а чужие.

- Один из случаев, когда беспокойные соседи действительно очень часто обращались в течение нескольких месяцев, звонили и в комиссию. Тем не менее, семья эта была снята с учёта как неблагополучная, после чего на улице 1905 года Максим и Виктория Толкачёвы погибли в пожаре. Почему там не сработали эти службы, и что стоило делать людям?

- Да, вы правы, ситуация очень болезненная и, с моей точки зрения, её можно объяснить. Дело в том, что службы проводят рейды по звонкам, а семья, злоупотребляющая алкоголем, пьёт не постоянно, не круглосуточно. Те же органы опеки, например, приходят, а в семье порядок. Прибрано, еда есть, дети под присмотром. До следующего раза вроде всё благополучно. Потом на какое-то время вот эта мать, о которой вы говорите, вроде взялась за ум. На самом деле, несколько посещений показали, что ситуация нормализовалась, с учёта сняли. Случилось какое-то событие, которое подтолкнуло снова запить и, к сожалению, в том момент уже службы не успели среагировать. Нежелание этих людей вовремя пройти лечение, согласиться на наркологическую помощь.. у нас законодательство не позволяет силой заставить таких людей лечиться от зависимости. А ведь когда человек в алкогольном угаре, он и не замечает, что он творит сам и как он относится к своему ребёнку. Поэтому мы и считаем вот эти трагедии, которые происходят с детьми исключительно по вине алкоголичного поведения родителей.

- То есть алкоголь – одна из главных причин, которая толкает людей на преступление?

- Безусловно, тот же страшный случай, который произошёл в Макарове, это же тоже люди молодые, под влиянием алкоголя, в своём агрессивном состоянии.. конечно дело следствия и прокуратуры – дать оценку событиям, восстановить порядок действий, но мы-то имеем уже трагедию, уже ребёнка не вернуть к жизни, а то, что они не хотели лечиться ни в Поронайске, ни в Макарове, это абсолютно точно, потому что взрослые люди считают, что они могут себе позволить всё что угодно. А приводит это всегда к трагедии.

- И вот другая сторона вопроса. Последний год очень плотно обсуждается именно ювенальная юстиция, то есть когда говорят о том, что возможно могут чуть ли не из-за рядового наказания ремнём лишиться прав на воспитание ребёнка.

- Да, это очень сложный вопрос, потому что применительно к тем семьям, о которых мы с вами говорим, ювенальная юстиция – это нужная вещь. Речь идёт о том, что некоторые перекосы, случаи человеческого фактора, ошибок, они конечно формируют общественное мнение о том, что ювенальная юстиция это очень сложно, но с моей точки зрения, если рассматривать ювенальную юстицию в отношении детей, совершивших преступление  и правонарушение, то это благо для них, потому что судить юных преступников нельзя по тем же меркам, по которым судят взрослых. Потому они и несовершеннолетние, что ещё есть надежда на их исправление, и не их вина, что они так свою жизнь искалечили. Но вопрос ювенальной юстиции в отношении семей, где действительно угроза жизни и здоровью, это обязательно нужно. И органы опеки вправе изымать детей для того, чтобы они остались живы. В данном случае дети в Макарове тоже были изъяты и помещены в больницу, другое дело, что не сработали другие субъекты профилактики, которые разрешили этим родителям вернуть детей домой, и произошла трагедия.

-Если порассуждать, то, как в целом эта система должна быть устроена? Многие приводят в пример Советский Союз - когда первые звоночки появлялись, то там был и партийный контроль, и дружинники. Вот сейчас что может быть организовано в подобном роде?

- У нас организуются сейчас родительские патрули – это проведение рейдов с правоохранительными органами, с представителями общественности, проверка соблюдения несовершеннолетними комендантского часа. Это тоже будет очень значимым шагом в пресечении правонарушений. Ну а что касается выявления раннего неблагополучия, то здесь конечно только задача неравнодушия окружающих людей. Может быть даже лучше лишний раз сообщить о том, что вас тревожит поведение соседей за стеной, отношение к детям, чем спокойно ждать, когда случится трагедия. У нас разработаны планы предупреждения смертности детей в Сахалинской области. Все планы мероприятий выполняются, но здесь вопрос связан с тем, как люди будут относиться к тому, что происходит рядом с ними.

- Может ли гипотетически возникнуть такой случай, что в благополучной семье могут начаться проблемы благодаря обращениям соседей? Там вроде всё в порядке, только, например, лишний раз ремня дали. Может ли это привести к проблемам или есть какой-то более объективный критерий оценки благополучия-неблагополучия.

- Критерий оценки – это степень угрозы жизни и здоровью детей. ФЗ №120 «Об охране прав несовершеннолетних» так и говорит, что семья, находящаяся в социально опасном положении – это семья где не должным образом исполняются родительские обязанности, и семья, создающая условия угрозы жизни и здоровью ребёнка. Поэтому, если это разовый случай, или у нас характеристики из школ благополучные, - всё решаемо, всё выясняемо. Не должно быть такой большой беды, как она пропагандируется, мол, ювенальная юстиция, придут, отберут. С другой стороны, каким-то родителям это тоже своего рода напоминание о том, что нужно беречь своих детей, учиться, воспитывать себя в первую очередь, а потом уже предъявлять завышенные требования к ребёнку. Это очень важная тема, её просто так не решить ни наскоком, ни планом мероприятий. Ещё раз повторюсь: только если люди будут неравнодушны друг другу. 

Автор: Елизавета Ре, 6 ноября 2014, в 17:47 0
Комментарии
Уважаемый гость, чтобы оставлять комментарии пожалуйста зарегистрируйтесь или войдите
Культурные выходные в Южно-Сахалинске 8 и 9 ноября
Культурные выходные в Южно-Сахалинске 8 и 9 ноября
Вечеринки Южно-Сахалинска 7,8 и 9 ноября
Вечеринки Южно-Сахалинска 7,8 и 9 ноября