Гертруда Жуковская: Я до сих пор удивляюсь, как мы смогли выжить в блокадном Ленинграде

Гертруда Жуковская: Я до сих пор удивляюсь, как мы смогли выжить в блокадном Ленинграде

27 января в России отмечают годовщину полного снятия блокады Ленинграда.  Когда город оказался в блокадном кольце, Гертруде Жуковской было всего девять лет. 

Гертруда Ивановна Жуковская родилась на Васильевском острове, в семье рабочих. Во время войны отец Гертруды Ивановны воевал под Сталинградом, маму отправили в тыл на военный завод в Казань. Школу, медицинский институт окончила в Ленинграде. На Сахалине живет с 1960-го года. Работала врачом в селе Тельновском Углегорского района. После  стажировки в клинической ординатуре по онкологии  в Ленинграде начала  работать в онкологическом диспансере в Южно-Сахалинске. Где работает и по сей день онкологом-гинекологом.

блокада

Когда война началась, мне было 8 лет, а когда осада Ленинграда -  9 лет. У меня мама в первые  дни войны была отправлена в Казань, как военнообязанная. И со старшей сестрой они уехали вместе. Бабушка сказала моей маме: «Оставь младшую, на новом месте тебе будет тяжело с обеими, а младшую мы как-нибудь выкормим, она не пропадёт с нами». Но в тяжёлый 42-й  бабушка с дедушкой умерли. Я осталась с тёткой. Ей было лет 16-17, она тоже была совсем молодая. Они с подружками выходили из дома ранним утром, старались одеваться как можно теплее - 42-й год  был самый холодный и голодный период, потому что в 43-м уже где-то прорвали блокаду, снабжение стало получше. А тогда рано утром они шли к магазину, где давали хлеб, и из этой плотной очереди выйти было невозможно, иначе их обратно не пускали. Приносили домой  кусочек хлебушка, очень некачественного …  Я удивляюсь, как мы смогли выжить с таким хлебушком, в таком городе...

У нас был пятиэтажный дом, и на каждой лестничной площадке было по три квартиры. Однажды я увидела, что прямо на лестничной площадке лежит завернутый в простынь труп, не знаю – женский или мужской. А потом я узнала, что практически вся семья на первом этаже (их было, наверное, очень много) -  отец, мать и  дети  - умерли. А когда мне приходилось бывать на улице, помню, только пройдёшь и -  ба-бах!  Следом за тобой снаряд разорвался, и только случайно я не попадала в эти воронки… Потом я ходила за водой, вот как показывают в хронике – люди идут с чайничками, вот я тоже ходила. Я даже удивлялась, откуда бралась эта водичка? Вот стоишь, по капельке, капельке, капельке… набирается водичка, и приносишь её домой… Спалили все табуретки, спалили всю деревянную мебель, которая была… 

Как показывают картинки в хронике, как везут трупы на саночках – я  это видела несколько раз. А однажды я видела машину, на которой были уложены трупы, как… дрова… Мне было почти 9 лет, и я понимала, что к чему, осознавала реальность той жизни…

 

Потом моя тётя  ушла на войну, меня как-то удалось пристроить в детский дом. Это оказалось спасительным моментом в жизни многих детей. В то время по домам ходили женщины, собирали одиноких детей и отправляли их в детский дом, а затем по «Дороге жизни» нас уже вывозили в другие города.

спасение

Сейчас уже прошло столько времени, что острота впечатлений  стёрлась, но в то же время остались чрезвычайно яркие воспоминания о том, какие были люди, которые принимали нас в детском доме и которые нас перевозили по «Дороге жизни», хотя когда ещё не окреп лёд,  её называли «дорогой смерти». И в детском доме было ощущение доброты к нам, домашним детям, которые оказались в тяжелой обстановке. Думаю, я не повзрослела, но могла оценить отношение, такое доброе, как к человеку.

Особенно мне запомнилось, когда мы ехали на маленьком пароходе по Ладожскому озеру, нас бомбили и было жутко холодно. Когда мы ступили на большую землю, то нас обнимали женщины и мужчины, как родных детей. Это было очень трогательно, это  незабываемо… И нам дали всем по баночке сгущёнки и белой булочке.

Голодным детям дали такое угощение - конечно, это запомнилось на всю жизнь. И сейчас, когда я захожу в магазин, из всех консервов выделяю банку сгущёнку. Это, действительно, было сильное впечатление, когда мы оказались на большой земле…

Потом нас поселили в детский дом на станции в  Свердловской области. Там уже началась другая жизнь. И относились к нам немного с неприязнью - как к детдомовцам… Мы ходили голодные, на больших полях  собирали морковь, горох, потому что там нас особенно не закармливали…Но, тем не менее, мне страшно повезло, что в моей жизни всё-таки были люди, которые помогали в жизненных ситуациях. Например, воспитатель детдома, которая ехала с нами в поезде. Я не знаю её имени, к сожалению… И вот она подошла ко мне и спросила про родителей. Я сказала, что мама в Казани, а папа на фронте. Она предложила написать письмо маме -  к счастью,  я знала её адрес. Письмо первое дошло до мамы, и она была расстроена, и даже в ужасе – куда ребёнка везут, в  какое неизвестное место? Когда  уже обосновались на месте, мы написали ещё одно письмо. Воспитатель сказала, что мама может приехать за мной... Так и случилось. Мама приехала за мной в сентябре. Она мне рассказывала, что с трудом добралась до того детского дома, где я находилась. Затем на вокзале, где мы ждали поезд, маму обокрали, и, наверное, поэтому она не смогла купить билет, я не знаю этого. Нам пришлось ехать до Казани на ступеньках вагона, мама прикрывала меня, держась за поручни… Было страшно, особенно, когда встречный поезд ехал, и ветер буквально сбивал. Потом вернулся папа раненый. Жизнь пошла своим чередом. Хорошо помню День Победы -  был ясный, тёплый, солнечный день и «по улицам слона водили, действительно, как видно на показ» и я разглядела этого слона… А потом, через некоторое время мы вернулись в Ленинград.

после блокады

Мы жили на великолепном Васильевском острове, в рабочем районе -  вдоль Невы строились дома вельмож, а в глубину, там где были кладбища, строились обычные, нормальные, только без определённых удобств – о ванне тогда никто и не мечтал. Заводов было очень много, родители работали на одном из них. И школа была нормальная, а преподаватели  -  великолепные. Мне кажется, это были люди, которые получили воспитание от Серебряного века. Они были интеллигенты, они пытались привить нам, детям рабочей заставы, тягу к прекрасному, восполнить тот пробел, который неизбежно возник в тяжёлые годы войны. Нас водили в Эрмитаж на лекции, где мы узнавали много информации о художниках. Ходили в Дом пионеров, где занимались в кружках.  Эти учителя, которые тоже пережили блокаду, они помогали нам понимать мир прекрасного. Я помню Консуэло, я помню рассказы О` Генри… Они нас подталкивали к тому , что жизнь, хоть и тяжела, она прекрасна.

Хорошие  люди в то время  были, сейчас всё стало жёстче: впереди духовных помыслов – деньги, бизнес..

каждый год 27 января...

Я созваниваюсь со старшей сестрой - звонит либо она, либо я сама. И здесь у меня много друзей, которые понимают всю значимость тех событий. Несмотря на то, что кто-то жил в блокадном Ленинграде, а кто-то - нет, всем  было тяжело. Они с сочувствием относятся ко мне и таким же, как я, перенесшим годы блокады, - по телефону говорят такие тёплые слова, от которых иногда хочется плакать… 

Нас становится с каждым годом всё меньше, и хочется, чтобы эту дату следующие поколения не забывали…

Эти события уходят и со временем они потеряют ту значимость, о которой знаем мы, оставшиеся в живых. Думаю, они сотрутся или ослабнут  в памяти, ведь сейчас мы живём в такое горячее опасное время!  Но пока мы живы, будут живы и страницы истории Великой Отечественной войны. А дальше…  

 

Автор: Анна Че, 27 января 2015, в 01:48 +7
Другие статьи по темам
Комментарии
Написано 27 января 2015, в 14:41
+2
Написано 27 января 2015, в 21:38
Здоровья Вам и долгих лет.
+2
Написано 27 января 2015, в 21:41
Вы нам очень нужны.
+2
Написано 29 января 2015, в 16:23
Какая прекрасная женщина с таким необычным именем и с такой страшной судьбой! Дай Бог Вам долгих лет жизни !
+4
Уважаемый гость, чтобы оставлять комментарии пожалуйста зарегистрируйтесь или войдите
К 70-летию Великой Победы: Повзрослели они до поры. Часть 3
К 70-летию Великой Победы: Повзрослели они до поры. Часть 3
О планах на будущее, "хотелках", черной полосе и чистых туалетах
О планах на будущее, "хотелках", черной полосе и чистых туалетах